Мѣсяцъ назадъ въ этой самой газетѣ было напечатано, что исторій въ программѣ тридцать девять и что больше не предвидится. Вашъ покорный слуга, допущенный въ мастерскую не то чтобы званымъ, пересчиталъ ихъ на дняхъ самолично. Сорокъ девять, милостивые государи. Считалъ дважды — оба раза выходило одно. И говорятъ, что это отнюдь не предѣлъ.
Прибавились не пустяки. Прибавилась исторія таинственнаго преслѣдователя, который идётъ за труппой по пятамъ, и врядъ ли затѣмъ, чтобы выразить своё безконечное почтеніе артистамъ. Прибавились исторіи объ афишахъ — подвальная типографія, наборная форма, мальчишка съ ведромъ клейстера и городовой, которому одна афишная тумба почему-то дороже всѣхъ прочихъ. Прибавился домъ въ Замоскворѣчьѣ, о которомъ въ приличномъ обществѣ не спрашиваютъ, и телеграммы антрепренёрамъ — тѣ самыя, изъ которыхъ всякая гастроль и составляется.
Отдѣльно скажу о томъ, что прежде было строкою, а стало зрѣлищемъ. Концертъ теперь показываютъ цѣликомъ: зала, сцена, касса — и на сценѣ ровно тѣ, кто до нея доѣхалъ; кто сбѣжалъ дорогою, того и нѣтъ. Облаву показываютъ тоже, и вотъ тутъ, по моему разумѣнію, мастера перестарались: жребій тянетъ самъ зритель, барабанъ крутится и останавливается. Я тянулъ. Мнѣ не понравилось. Тянуть буду ещё.
Полотенъ, писанныхъ для гастроли, я насчиталъ за двѣ сотни, да сверхъ того двадцать два карточныхъ листа — колода лежитъ вся, отъ дурака до міра. А первое отдѣленіе даютъ уже теперь: сборку кладутъ въ телефонъ, и она играется отъ Цепного моста до самаго вокзала на Нижній Новгородъ, гдѣ путешественникъ встрѣчаетъ глухую стѣну.
Теперь ариѳметика, ради которой всё и считалось. Кадровъ до полнаго убранства недостаётъ полутораста съ лишкомъ. Умноживъ скорость мастеровъ на это количество, мы вычислили примѣрное время, когда будутъ нарисованы всѣ необходимыя картины: при сохраненіи нынѣшнихъ темповъ — и при условіи, что труппѣ хватитъ ассигнацій на оплату всѣхъ необходимыхъ инструментовъ, разумѣется.
Къ тому времени, надо полагать, откроется и касса, и въ ней будутъ билеты до самаго Кисловодска — безъ пересадокъ и безъ знаменитаго «дальнѣйшее слѣдованіе по билету-съ».
Антрепренёръ, впрочемъ, срока мнѣ не назвалъ. Я спрашивалъ дважды и оба раза получилъ одно и то же: «сроковъ не назначаемъ».
А. М. Лёвушкинъ, репортёръ
Писано 4 августа, до выхода игры. Стѣны больше нѣтъ: дорогу за Москвою отпираетъ билетъ, а шапка по кругу ничего не ускоряетъ и не покупаетъ.